Вторник, 21 августа 2018, 15:311534854719 Написать нам Реклама на сайте Мобильная версия English

Вверх

Пока мировое сообщество пытается склонить Россию к выполнению Минских соглашений, оккупанты на Донбассе игнорируют «режим тишины», и в результате гибнут граждане Украины по обе стороны линии фронта. Только за пять дней так называемого перемирия погибло трое украинских бойцов. В то же время украинская власть настаивает на введении миротворческой миссии ООН. О том, почему миротворцы не смогут приблизить завершение войны на Донбассе, какие просчеты украинской власти на руку России, в интервью «ОстроВу» рассказал дипломат, эксперт по вопросам внешней политики и безопасности фонда «Майдан иностранных дел» Александр Хара.

-Недавно спецпредставитель США по вопросу Украины Курт Волкер заявил, что только миротворцы смогут способствовать выполнению Минских соглашений. Вы неоднократно утверждали, что введение миротворцев - это продолжение конфликта иным способом. Каким образом?

- Российская сторона считает, что в Киеве был совершен антиконституционный «переворот», который собственно и стал «причиной» конфликта между Донецком, Луганском и Киевом. При этом Москва позиционирует себя не как сторону конфликта, а как «доброго» посредника, пытающегося помирить «стороны». Минские соглашения служат этому нарративу, да и к тому же оставляют за скобками вопрос Крыма…

Вместе с тем, аннексия Крыма и война на Донбассе неразрывно связаны, так как они являются частью неспровоцированной, несправедливой и преступной российской агрессии против «братской» Украины.

Минские соглашения дают искаженное впечатление, что на Донбассе происходит гражданская война, и в случае, если Киев пойдет на какие-то уступки – автономия, поддержка связей между Востоком и РФ – конфликт будет исчерпан, а население Луганска и Донецка готово будет «вернуться» в Украину. На самом деле, это невозможно, поскольку руководство так называемых «республик» несубъектно как в правовом, так и политическом плане, и являются всего лишь представителями интересов страны-оккупанта. В английском языке это называется proxy – «тот, кто служит интересам другого государства». Поэтому вести переговоры с ними не имеет смысла – они не принимают самостоятельных решений.

Главная цель РФ – не защита русскоязычного населения, а контроль над всей Украиной. Фактически нам пытаются навязать ограниченный суверенитет. Это означает, что Украина не сможет самостоятельно решать вопрос о вступлении в НАТО и ЕС. Во-вторых, нас склоняют к тому, чтобы внести такие изменения в Конституцию, чтобы московские марионетки могли бы иметь право вето по вопросам внешней и внутренней государственной политики.

Это неприемлемо, поскольку Украина окажется в постоянном внутреннем конфликте. Например, вопрос Крыма до оккупации всегда выполнял роль рычага давления со стороны РФ на политику Украины. Москва неоднократно подчеркивала, что это «исконно» русская земля, финансировала местную «пятую колонну», что в свою очередь служило угрозой Киеву. РФ всегда претендовала на Крым, не смотря на международное право и двухсторонние соглашения, просто в 2014 году Россия, воспользовавшись ситуацией в Украине, аннексировала его. Путин решил не идти по сценарию Приднестровья, которое является де-факто оккупированной территорией, но без желания конвертировать его в де-юре присоединение.

- Как с Донбассом?

- Да, ведь мы только недавно признали часть Донбасса оккупированной территорией. Если бы Россия использовала этот же метод и по отношению к Крыму, то реакция Запада была бы более мягкой. Ведь для Запада принципиальным является не столько, что на Донбассе погибло более 10 тысяч человек, сколько то, что впервые в послевоенной истории на Европейском континенте силой были изменены границы. А правил нельзя нарушать, поскольку тогда рушится вся система континентальной безопасности.

Минск не отражает реальных причин войны и не может привести к ее прекращению. Это для нас миротворцы являются попыткой прекращения войны, а для России это инструмент ее продолжения другими методами. РФ является постоянным членом Совета безопасности ООН, и без ее согласия невозможно определить мандат миротворцев, состав сил и средств. Без нее также не обойдутся любые решения по функционированию миссии, что может быть в любой момент использовано для блокирования невыгодных Москве решений. Как пример, именно Россия блокирует работу специальной комиссии ООН по расследованию фактов применения сирийской армией химического оружия против мирного населения. Ко всему прочему, возможности Украины в ООН весьма ограничены, наша каденция как непостоянного члена в СБ ООН уже закончилась.

Сейчас речь идет о том, что миротворцы должны быть на всей оккупированной территории, включая участок украино-российской границы. Если не будет поставок техники и живой силы из РФ, тогда ресурсы для продолжения конфликта исчерпаются, и соответственно, война завершится. Но, России это не нужно, поскольку ей выгодно тление конфликта для достижения своих стратегических целей. Если только в прошлом году было зафиксировано около 2 тысяч случаев ограничения доступа СММ ОБСЕ в районе линии разграничения, то почему при наличии миротворцев это число должно уменьшиться?

Второй важный момент – зачем нужны миротворцы, которые будут защищать ОБСЕшников? В этом нет смысла. СММ ОБСЕ сейчас не может полноценно выполнять свою функцию, так как им не дают работать и еще постоянно угрожают. И миротворцы ООН не решат эту проблему, ведь они могут применять оружие исключительно в случае угрозы их безопасности. Поэтому, одним из ключевых условий введения миротворцев является полное прекращение огня, чего не было за все время действия «Минска». По сути, Россия старается снять с себя ответственность, затянуть нас в диалог с ее марионетками, что является недопустимым как с политической, так и с юридической точки зрения. Нельзя признавать оккупационные образования в качестве субъектов. Они не является выразителями интересов населения на оккупированных территориях, они не были демократически избраны, их решения с правовой точки зрения – ничтожны. Закрепив «Минск» или требования злокачественных образований (администрации так называемых ЛНР и ДНР) в нашем законодательстве мы не только согласимся на нарратив «гражданской» войны, но деформируем правовое поле, откроем возможность ограничения нашего суверенитета, создадим предпосылки для настоящего гражданского противостояния.

Война может закончиться и без миротворцев в течение 24 часов, если Путин отдаст указания начальнику генштаба РФ о выводе вооруженных сил РФ и других НВФ из Донбасса.

- Насколько это реально?

-Он не может отдать такой приказ потому, что в России пропагандируется культ личности Путина, который всегда побеждает, значит проиграть эту войну он не может. После выборов такая попытка теоретически вероятна. Но он будет настаивать на том, чтобы Украина капитулировала и попала в зону влияния РФ. Приведу параллель с оккупированной Германией после Второй Мировой войны. Сталин предлагал канцлеру ФРГ Конраду Аденауэру объединение с ГДР, находившейся под контролем СССР, с условием не вступать в западные военные и экономические структуры. Но канцлер решил, что нельзя признавать ГДР, поскольку их власть не была избрана законным демократическим способом (читай – марионетки ЛДНР). И если сейчас отказаться от вступления в НАТО и европейской интеграции, то спустя некоторое время страна окажется в социалистическом лагере, то есть, в сфере контроля Москвы. Для того, чтобы вернуть Восточную Германию, сначала необходимо стать сильной в экономическом и военном плане страной. И он оказался прав. После распада СССР ГДР не могла самостоятельно существовать, поскольку это было искусственное образование, и тогда западная Германия абсорбировала эту территорию, хотя до сих пор еще заметны последствия.

У нас похожая ситуация. Если мы сейчас, будучи еще слабыми (политически и экономически), возвращаем эти территории в том состоянии, в каком они есть, даже без условий, выдвигаемых Россией, то неизбежно возникнут предпосылки для гражданского противостояния. Кроме того, актуальным станет вопрос выборов. Неминуемая конвертация значительного экономического и организационного потенциала Рината Ахметова с сотоварищами в политической плоскости будет означать консервацию довоенной проблемности Донбасса, усиленной последствиями войны. Это еще одна мина замедленного действия.

- А как же местные выборы?

- Нельзя сразу же после освобождения проводить выборы. После прекращения вооруженного противостояния, вывода войск, должно пройти минимум 3-5 лет, и только тогда целесообразно будет проводить первые выборы местного самоуправления, но не ранее. Потому что выбор населения должен быть осознанным, чтобы не допустить нового противостояния и возобновления боевых действий. Ведь после четырех лет пропаганды, террора оккупантов, обстрелов там нужно проводить комплекс мер по реабилитации гражданского сознания. Этому может способствовать возвращение украинской журналистики, гражданских активистов и правозащитных организаций.

- Какая может быть альтернатива Минским соглашениям в настоящее время?

- Минск - это навязанная Россией нам и Западу искривлённая реальность. Поэтому украинская власть должна делать те шаги, которые отвечают реальности, а не симулякру. Во-первых, привести в порядок украинское законодательство. Неоднозначный «закон о реинтеграции» Донбасса имеет и позитивную сторону, в частности, признание статуса оккупированных территорий и страны-агрессора. Если мы находимся в состоянии войны со страной, которая аннексировала полуостров Крым и фактически оккупировала часть Донбасса, то необходимо разорвать дипломатические отношения с РФ. Следующий шаг – попытка признать статус страны-агрессора в ООН. В Совете Безопасности это невозможно, но все равно следовало и следует попытаться это сделать несколько раз, чтобы показать миру, что Россия блокирует этот процесс.

Такой статус сложно, но возможно закрепить резолюцией Генассамблеи ООН, по примеру резолюции с аннексией Крыма 2014 года. Необходимо признание страны-агрессора на мировом уровне, чтобы тех, кто воюет на Донбассе, не называли сепаратистами, повстанцами или террористами. Они – proxy-формирования, то есть марионетки оккупационного российского режима. Безусловно, они совершают террористические акты, но это маленькие эпизоды в вооруженной агрессии РФ. Смысл в том, чтобы показать всему миру, что Россия развязала этот конфликт и зафиксировать это в правовых и политических документах.

Во-вторых, как это парадоксально не звучит, определение России как агрессора даст возможность начать переговоры по прекращению агрессии и возвращению территорий, сколько бы это не заняло времени (особенно по вопросу Крыма). И сразу же отпадут надуманные требования о «защите» русских и русскоговорящих, ведь агрессору сложно будет публично навязывать Украине разные рецепты в виде федерализации, внеблокового статуса и прочие неприемлемые для нас идеи.

В-третьих, Кремль наступает там, где видит слабость. Как с военной точки зрения, так и политической. Поэтому внутренние трансформации, модернизация сектора безопасности и обороны, экономические реформы в интересах всего общества, а не только олигархов, будут способствовать национальному единству, что уменьшит пространство для российской подрывной деятельности.

В-четвертых, успехи во внутренних преобразованиях будут способствовать нашему приближению к ЕС и НАТО, а также установлению союзнических отношений с США.

Как и послевоенная Германия, мы должны изменятся внутри и интегрироваться в западные структуры вовне, усиливаясь таким образом мы не только уменьшим уязвимость сейчас, но и будем создавать благоприятные предпосылки для возвращения всех территорий.

- В любом случае, сначала необходим вывод оккупационных войск из Донбасса. Насколько на это может повлиять усиление санкций против России?

- Санкции на самом деле значительно бьют по России, как бы не бравировали в Кремле. Так, по данным ЦБ РФ, чистый отток капитала за четыре года санкций составил 258 млрд долл. За прошлый год этот показатель составил 31 млрд. При этом, прямые зарубежные инвестиции сократились в семь раз и составляют 10 млрд. в год. Только в день публикации американцами так называемого Кремлевского списка путинские олигархи потеряли 1,1 млрд.

Но, тем не менее, та подушка безопасности, которая есть в виде нефтедолларов, позволяет России поддерживать конфликт на Донбассе еще какое-то время.

К тому же, европейские «друзья Путина» постоянно стараются поднять вопрос о поощрении Москвы, с тем, чтоб она начала выполнят Минские соглашения. Иные пытаются манипулировать, говоря зачем поддерживать коррумпированную Украину и терять от антироссийских санкций, как будто санкции вводились не за агрессию России, а под обещание Киева бороться с коррупцией. Поэтому об ужесточении санкций говорить сейчас пока не приходится.

- Насколько вероятна эскалация конфликта после российских выборов в марте?

- Россия ведет гибридную войну, используя военную силу в меньшей мере, около 15-20% от общего инструментария. Она может раскачать ситуацию в Украине другими методами – пропагандой, активными мероприятиями, расшатыванием политической ситуации, диверсиями, терактами на мирной части Украины, политическим давлением, энергетическим шантажом, кибератаками. Если этого будет недостаточно, и надо будет поддерживать тлеющий конфликт, у россиян имеется большой инструментарий. И Россия будет использовать разные методы в зависимости от ситуации.

Если говорить о военных действиях, то РФ использует местное население на Донбассе как пушечное мясо, не более. Впрочем, и своих граждан тоже не щадит. Например, Россия пытается всячески скрыть число погибших россиян. Потому что в мышлении Путина есть величие государства, и не важно, сколько погибнет людей. Это показатель системы, которая обманывает не только весь мир, но и своих граждан.

-Каким европейским странам выгоден конфликт на Донбассе?

- Единственная страна, которая получила дивиденды от войны на Донбассе и оккупации, это лукашенковская Беларусь. До этого она находилась в изоляции со стороны Запада и давлении со стороны РФ. Украина в лице нашего президента решила играть с Беларусью так, чтобы исключить возможное нападение с белорусской стороны. На Банковой считают, что с Беларусью можно иметь дело, поскольку самостоятельно ей нападать на Украину нет смысла и мол, Путину не позволит напасть. На Банковой тешат себя этой иллюзией. Проведение переговоров в Минске – большая дипломатическая победа Лукашенко. К тому же прекращение прямого авиасообщения с Россией на руку в экономическом плане Беларуси. И в-третьих – увеличение товарооборота – из западных стран товары идут через Беларусь в Россию и из России - в Украину.

- На оккупированном Донбассе достаточно большая доля белорусской продукции.

- С одной стороны – это прагматизм, то есть способ зарабатывать деньги. С другой - кроме российских и белорусских, там нет возможности для реализации других производителей.

При этом я не обвинял бы Лукашенко в том, что ему выгодны многочисленные жертвы на Донбассе. Он воспользовался ситуацией, и Минск стал переговорной площадкой. И это, с моей точки зрения, ошибка украинской стороны. Надо было искать более нейтральную страну, к примеру, Швейцарию. К последней нет претензий ни у России, ни у Украины. Ведь постоянные задержания в Беларуси наших граждан, которые потом оказываются под арестом в России (Павел Гриб), говорит о том, что это не менее опасная страна для украинцев, чем РФ. Наши граждане опрометчиво считают, если я, мол, не занимаюсь политикой, то я в безопасности. Провокации российских спецслужб направлены против любого, кто может быть удобен им, вне зависимости от политических взглядов. Если ты гражданин Украины, то в Беларуси ты уже в зоне риска.

- Какие еще действия украинской власти сейчас выгодны России?

- Основной пункт – это продолжение торговли с РФ, с оккупированными территориями, как следствие того, что не разорваны дипломатические отношения. Сложно представить, как любое другое государство не разрывает дипотношения со страной, которая оккупировала часть ее территории. Таким образом украинская власть дает неправильные сигналы Западу и позволяет российским пропагандистам издеваться над собой.

- С Вашей точки зрения, как долго конфликт на Донбассе будет в таком тлеющим состоянии?

- Конфликт будет длиться неизвестно какое время, поскольку это один из инструментов навязывания нам политической воли Россией. Война может закончиться в двух случаях: если у России не будет ресурсов для дальнейшего ведения войны, что пока маловероятно, или если цена агрессии станет чрезвычайно высока. Пока Кремль не достиг своей цели, война будет продолжаться в том или ином виде. Только, если у России возникнут серьезные внутренние проблемы, тогда ресурсы для ведения боевых действий на Донбассе исчерпаются и появится возможность интегрировать восточный регион и Крым на условиях, приемлемых для Украины.

- И как нынешняя ситуация повлияет на будущие выборы в Украине?

- Безусловно, негативно. Поскольку Порошенко не выполнил свое обещание прекратить войну, хотя он объективно и не мог этого сделать, ему это еще вспомнят. Сейчас негативный рейтинг почти у всех политиков. Говоря в шутку, единственный, у кого есть шанс быть избранным – Слава Вакарчук, который имеет наименьший негативный рейтинг: его не приемлет только 5-7% избирателей.

Для Петра Порошенко будет непростой предвыборная кампания, надо будет приложить усилия, чтобы мобилизовать украинское сообщество. Это могут быть вещи, связанные с безопасностью. Не исключается, что могут ввести военное положение: не из-за того, что есть оккупированные территории, а потому что будет необходимость зафиксировать нынешнюю власть.

Также не исключено, что может произойти какое-то событие, которое изменит ситуацию. Например, когда был сбит Боинг над Донбассом в 2014 году – это оказалось поворотным моментом для введения жестких антироссийских санкций со стороны Запада.

- Многие страны поддерживают Украину в конфликте с Россией, но ввиду торможения реформ степень доверия к нашей стране снижается. Насколько Украина рискует потерять кредит доверия Запада?

- Естественно, мы теряем этот кредит доверия, и уже не первый раз. Причина не только в реформах, но и в борьбе с коррупцией. И коррупция – симптом болезни, а болезнь Украины – это деформированная политическая система. Потому что система, что не имеет «сдержек и противовесов» является благоприятной средой для коррупции. Нам важно побороть политическую коррупцию, а ее генератором выступает исполнительная власть - прежде всего должность президента Украины. Именно эта должность способствует поддержке коррупции так сказать в хорошей форме. Чтобы изменить ситуацию, необходимо повесить над президентским креслом «Дамоклов меч» в виде законов об импичменте, о временных следственных комиссиях Верховной Рады и прочее. Также требуется внесение изменений в законодательство, позволяющих антикоррупционным органам вести расследование в отношении действующего главы государства. Пока не будет таких механизмов в отношении президента, любого – нынешнего или будущего, мы не избавимся от политической коррупции. Логично, что Западу это не нравится. Ведь ЕС и США хотят видеть Украину способной управлять самой собой; имеющей процветающую экономику, и главное, чтобы Украина стала фактором стабильности, в том числе, через способность защититься от внешнего агрессора.

Беседовала Ирина Голиздра, "ОстроВ"


МАТЕРИАЛЫ ПО ТЕМЕ


ПОСЛЕДНИЕ СТАТЬИ

ПОСЛЕДНИЕ ВИДЕО

Погода
Погода в Киеве
Погода в Донецке
Погода во Львове
Погода в Симферополе

влажность:

давл.:

ветер:

влажность:

давл.:

ветер:

влажность:

давл.:

ветер:

влажность:

давл.:

ветер: