Понедельник, 14 октября 2019, 14:441571053479 Написать нам Реклама на сайте Мобильная версия English

Вверх

Небольшая группа женщин и мужчин распределяет участки для работы и разбирает только что принесенный садовый инвентарь. Так начинается еженедельный субботник в северодонецком сквере им. Гоголя на Луганщине, который с 2012 года обустраивают местные активисты.

Новая жизнь сквера началась с попытки мэра Северодонецка отдать его территорию под строительство торгового центра. Община взбунтовалась. Сегодня это - самое уютное и, пожалуй, самое благоустроенное место в новом областном центре Луганской области.

Уже новая местная власть в 2012 году пошла на уступки и установила в сквере освещение, покрыла дорожки. Стараниями активистов и бизнесменов тут появились новые деревья, цветы и кустарники, скамейки и беседка. В субботний летний день все скамейки заняты стариками или мамами с детьми.

Мероприятие международного фестиваля “Музыка и диалог” в сквере им. Гоголя. Фото с Facebook-страницы “Сєвєродонецьк. Фотохроніки”

За десять с лишним лет существования сквер Гоголя, однако, так и не был взят на баланс городского совета. Поэтому уход за ним остался уделом волонтеров, в основном - тех же, что отстаивали его от застройки.

После начала войны у давно запущенного пространства вокруг сквера и по всему городу тоже стали появляться деятельные “хозяева”.

Новые веяния

В отличие от Донецкой области, где, помимо почти миллионного Донецка, имелись еще два города-гиганта, 500-тысячные Макеевка и Мариуполь, на Луганщине никогда не было крупных городов. Сам Луганск до войны имел около полумиллиона жителей.

В Северодонецке на сегодня вместе с вынужденными переселенцами проживает около 120 тысяч человек. Ни городская инфраструктура, ни местные власти, ни большинство жителей Северодонецка не были готовы к его новой функции областного центра, который “город химиков” принял на себя после захвата Луганска пророссийскими боевиками.

В 2014 году в Северодонецке обосновалась областная администрация и ряд перемещенных из Луганска заведений, таких как Восточноукраинский национальный университет им. Даля и областной драматический театр. Для ряда других места не нашлось, поэтому их пришлось раскидать по другим, еще более мелким городам области.

Откровенно говоря, большая часть этих заведений живет на искусственном дыхании: человеческого потенциала для их развития в разрезанном линией фронта регионе нет. Местная молодежь старается уехать из Луганской области подальше в Украину или за границу.

Ставшему областным центром де-юре, Северодонецку еще предстоит отстоять статус главного города Луганщины фактически.

Как превратить небольшой и глубоко провинциальный город в центр экономического и культурного притяжения для жителей всей области, в том числе - неподконтрольной Киеву ее части? Возможно ли, чтобы, таким образом, область стала снова жить и развиваться как нечто целое?

В состоянии ли местная община самоорганизоваться, чтобы вырваться за рамки привычной размеренной жизни? Или Северодонецку вместе со всей оставшейся под управлением украинского правительства областью суждено стать унылой резервацией коррумпированных чиновников и стареющего населения?

Группы активных северодончан ищут сегодня ответы на эти вопросы.

Места уезжающих занимают внутренне перемещенные лица. Оседая в Северодонецке, они пытаются повторить здесь то, что было потеряно ими в Луганске, и подставляют таким образом плечо местным активистам.

Северодонецк-Луганск

Художник из Луганска Евгений Королетов приехал в Северодонецк после добровольной военной службы. “Я приехал сюда отдыхать, рефлексировать о том, что со мной произошло, и думать, что делать дальше”, - рассказывает он.

Для Евгения Северодонецк на время стал хабом совместных проектов жителей двух частей разделенной линией фронта Луганщины. “Это город-посредник, через который по-любому проезжаешь, когда едешь из Луганска в Киев и наоборот”, - говорит Королетов.

Усилиями Евгения Королетова и Анастасии Малкиной, которая тоже служила, создано неформальное художественное объединение Луганская Контемпорари Диаспора, объединяющее людей искусства по обе стороны линии разграничения. В 2017 году команда Луганской Контемпорари Диаспоры рассказала о них в специально выпущенном им журнале Golden Coal, который сейчас волонтеры переводят на английский язык.

Недавно вместе с донецкой Формацией “Призма” Луганская Контемпорари Диаспора выпустила сборник электронной музыки донбасских музыкантов VOSTOK и теперь планирует продолжение.

Евгений говорит, что в искусстве на неподконтрольной части Луганщины есть уникальные явления, о которых стоит знать остальной Украине. Организация и журнал стали также попыткой художника доступными ему методами реагировать на происходящие политические и общественные процессы, из которых многие люди в регионе, особенно - на неподконтрольных его частях, оказались исключенными.

Евгений Королетов и Анастасия Малкина. Фото с Facebook

Многие проекты Королетова и его товарищей - это ироничное обнажение негероической, но очень человеческой стороны войны: всего того, что обычно упускается из широко распространенных ура-патриотических дискурсов.

По большому счету, сегодня это единственная публичная общественная инициатива, объединяющая разделенный войной регион.

Вместе с другими активистами Королетов и Малкина создали также в Северодонецке общественную организацию “Тумблер”, инициировавшую ряд образовательных - экологических и культурных - проектов для молодежи Луганской области. Теперь благодаря им в Северодонецке, в частности, проходят открытые лекции об искусстве, которые читают гости из других городов и стран.

Плюс-минус кафе

В мае 1999 года двое нанятых киллеров выпустили несколько автоматных очередей по людям, выходившим из кафе “Шахматное” в Северодонецке. Один человек погиб, трое получили ранения. Мишенью был местный криминальный авторитет Владимир Химченко, который, тяжело раненый, выжил. После еще двух неудачных покушений он будет убит в 2002 году.

“Шахматное” много лет оставалось реликтом бурной и романтичной позднесоветской и ранней постсоветской эпохи. Даже давно закрытое, оно оставалось известным в городе местом. Осенью 2018 года “Шахматное” ненадолго ожило, когда здание арендовала Арт-резиденция “Плюс/Минус”, которую основала годом ранее выехавшая из Луганска Катерина Сирик и ее плюс-минус единомышленники. На зиму оно снова закрылось, поскольку помещение бывшего кафе не отапливалось, зато участники “Плюс/Минус” провести в Северодонецке международный аудио-визуальный фестиваль “Завод Сопротивлений”.

Катерина говорит, что ее возвращение из Киева в Луганскую область было “неизбежно”. “Чем бы я ни начинала заниматься, я все-равно приходила к Луганску, луганскому, все равно жила между Киевом и Севером, все равно имела невероятное количество незакрытого гештальта. В какой-то момент я поняла, что и так уже привычно нахожусь в состоянии “нечего терять”, и зарегистрировала “Плюс/Минус””.

Катерина Сирик в “Шахматном”. Фото с Facebook-страницы “Плюс/Минус”

Команда “Плюс/Минус” организовали и провели в городе около трех десятков крупных и значимых мероприятий, включая показ фильмов в рамках Международного фестиваля документального кино о правах человека Docudays, с антропологом из Санкт-Петербурга Вадимом Лурье запустили быстро ставший известным проект “Донбасс. Семейный фотоархив”, начали музеефикацию заброшенных заводов.

Конечно, было бы хорошо, чтобы “Шахматное” было открыто каждый день, но пока мы открываем его под мероприятия. Мы продолжаем работать в “Шахматном”, с “Шахматным” и о “Шахматном”, параллельно ведя массу других проектов с историческим и исследовательским фокусом. На данный момент сложно отнести “Шахматное” к какому-либо из известных форматов городской культплощадки, в том числе в связи с его культовым бэкграундом. Это не коворкинг и не open space: в городе и области настолько сложные условия для работы вроде нашей, что я отказываюсь от каких бы то ни было форматов, которые априори меня ограничивают”, - отмечает Катерина Сирик.

Движение навстречу

Общественная платформа “ХочуБуду” - это одна из специализированных площадок в Северодонецке. Как в “Плюс/Минус”, она появилась в 2017 году, но силами местных жителей и без связи с военными событиями: идея зрела с 2010 года, рассказывает координатор платформы Елена Дубровина.

Профиль платформы - образовательный. Здесь проводят курсы иностранных языков и компьютерной грамотности, обучаются танцам, играют в “Мафию”, распространяют информацию о возможностях для развития в Украине и за рубежом, имея мощных украинских и иностранных партнеров, соорганизовывают молодежные обмены.

Елена говорит, что с тех пор, как Северодонецк стал областным центром, потребность в развитии у местных жителей возросла. Латентный интерес к общественной активности благодаря новым проектам и площадкам начал получать стимул. Сам город стал постепенно преображаться: многие заброшенные здания нашли постоянных или временных хозяев и были отремонтированы.

Новые образы

Одно из неиспользуемых городских зданий выкупил под офисный центр северодонецкий предприниматель Михаил Ивонин. Новый статус города сформировал запрос на такие места. При мне в еще только ремонтируемое здание приходили в поисках офиса представители датской организации.

У Михаила нетипичный для региона или страны бизнес. Он - основатель и руководитель научно-исследовательского и проектного института “Водоочистные технологии”, который, в частности, разрабатывает и выпускает и противонакипные и антикоррозионные реагенты для промышленных предприятий, экологичные моющие средства для использования в быту.

Ивонин говорит, что вся проблема жителей региона - в скудной “картотеке образов”. До недавнего времени немногие путешествовали за пределы региона, тем более - за границу. От этого - отсутствие запроса на перемены и весьма ограниченные требования к себе и к окружению.

Себя Михаил Ивонин называет не стратегом, а тактиком, который осуществляет свои идеи сразу, не измеряя и не оценивая. Купив здание для нового офисного центра, Ивонин первым делом распорядился снести забор вокруг него и нанял ландшафтного дизайнера для обустройства сквера вдоль, проходящей мимо этого здания, улицы.

Сквер у офисного центра Михаила Ивонина. Фото с Facebook

Экооперация

Эко-сквер - это место прямо напротив нового офисного центра Михаила Ивонина, еще одно новое публичное пространство недалеко от центра компактного и комфортного Северодонецка. Оно появилось в 2015 году как попытка северодонецкой бизнес-леди Валентины Агафоновой свести и познакомить местных жителей с наводнившими город военными и вынужденными переселенцами.

В 2014 году в городе вдруг стало много военных и ВПЛ. В супермаркете было жутко стоять в очередях. Вперемешку с людьми с автоматами стояли люди с опустошенным взглядом. Там же стояли мы, те, кто здесь - дома. Одни были злы на военных, другие - на переселенцев. Для меня это была трагедия. Я старалась ходить в магазин или рано утром, или перед закрытием”, - вспоминает Валентина.

Нужно придумать совместные мероприятия для местных и новоприбывших, решили северодонецкие предприниматели. В январе 2015 года на территории нынешнего Эко-сквера состоялась первая совместная уборка территории. Закладка сквера состоялась годом позже.

Валентина Агафонова и журналистка Анна Николаенко собрали деньги на саженцы для высадки Аллеи памяти героев АТО - больше тысячи деревьев и кустарников. Михаил Ивонин закупил и завез чернозем. Высадку взяла на себя местная молодежь, полив обеспечила Служба чрезвычайных ситуаций. Военные сами сколотили тяжелые столы и скамейки. Активисты добились, чтобы обустроенная ими “ничейная” территория получила статус сквера.

Высадка саженцев в Эко-сквере, 2016 год. Фото с Facebook-страницы Эко-сквер

В Эко-сквере обустроили кинотеатр, местные жители облюбовали это место для детских лагерей, уроков на открытом воздухе и просто частных посиделок, активисты стали проводить здесь публичные мероприятия вроде “СКВЕРных вечеров” с дискуссиями и кинопоказами. Валентина Агафонова хочет, чтобы в ближайшем будущем в сквере появились дорожки, освещение, автоматический полив, три беседки и три места, где можно жарить шашлыки, ухоженные газоны и туалет.

Того образа, который рисовали активисты, это место так и не приобрело. В 2017 году написанный ими проект выиграл 1,2-миллионное финансирование от Государственного фонда регионального развития, однако горсовет так и не выделил необходимое по условиям конкурса 130-тысячное софинансирование.

Возвращение к несуществующему

Все эти истории - не “истории успеха”, как можно было бы подумать. Общественные инициативы, нашедшие себе дом в Северодонецке, постоянно борются за выживание. Местные - городские и областные - власти в их поддержке не участвуют. Даже, например, уборка Эко-сквера - и та осталась на ответственности волонтеров.

Децентрализация, которая дала бы Северодонецку возможность развиваться территориально, идет пока со скрипом. В городском совете продолжается ползучий переворот. 9 сентября депутаты в шестой раз уволили избранного мэра, восстановившегося на должности через суд.

Ни у одной из перечисленных организаций или инициатив диалог с городским руководством не сложился. “ХочуБуду” хоть и пытается всеми доступными способами выйти на самоокупаемость, все равно месяцами балансирует на грани потери помещения, за которое, как и за коммунальные услуги, организаторы платят коммерческую ставку.

Местная община остается консервативной и инертной: на смелые культурные инициативы бывших “столичных” жителей отзываются десятки, а не сотни и тысячи, как пристало крупному городу. Евгений Королетов говорит, что разочаровался в Северодонецке, где не нашел той среды, на которую рассчитывал, и думает уехать, но продолжает работать здесь, потому что “Луганск не отпускает”.

Михаил Ивонин признается, что продолжает свою филантропическую деятельность только ради того, чтобы из города как можно дольше не уезжали его дети - те, кто пока остается с ним.

Валентина Агафонова, которой, вопреки всем усилиям, не удалось договориться о поддержке с местными властями, говорит, что давно бы уехала, если бы не была привязана к парализованной матери. Эко-сквер стал раздражать некоторых жителей близлежащих домов, которые уже писали жалобы в городской совет или пытались пачкать скамейки. Агафонова рассказывает, что этой весной вывезла из сквера две машины досок - того, что оставили вандалы от скамеек и столов. “Но раз я здесь живу, я хочу изменений!”, - настаивает она.

И, тем не менее, все самоорганизовавшиеся здесь “по принципу слабоумия и отваги”, как шутит Катерина Сирик, команды уже вдохнули жизнь в сонный провинциальный город. Даже если в скором времени какие-то из них распадутся, образовавшийся вакуум, скорее всего, заполнят другие.

Самое важное, что они дали Северодонецку - именно ощущение вакуума, которого не могло быть в довоенный период, в бытность его рядовым городом областного значения на Луганщине. Городская история последних пяти с лишним лет - это, прежде всего, история об огромной разнице между “было” и “стало”. С большим или меньшим успехом, осознанно или нет, действующие лица этой истории создают комфортную среду, прежде всего, для себя и своего окружения, и их общие усилия уже круто изменили Северодонецк.

У каждого свое понимание ответственности и справедливости, - говорит Катерина. - У меня есть сын, мое естественное человеческое желание - передать ему что-то. Это что-то нужно создать или восстановить. Больше не будет такой возможности реализоваться или прошуметь про эти культурные, исторические смыслы, если не работать здесь и сейчас. Я своими глазами вижу, как распадается история. Люди разъезжаются, события забываются, архивы теряются.

Мы в “Плюс/Минус” - одни из тех, кто считает, что если бы качество культуры и знание истории здесь находилось на должном уровне, или хотя бы на более высоком уровне, не могло бы произойти этого конфликта. Даже возможность проанализировать то, что произошло, - это наш ключевой компонент, который хотя возвращает к уже несуществующему, но крайне важен для того, что мы выбираем, для качества нашей жизни”.

Юлия Абибок, “ОстроВ”

Материалы для этого текста были собраны в рамках проекта Memory Guides: Information Resources for the Peaceful Conflict Transformation Центра независимых социальных исследований - CISR e.V. Berlin при поддержке МИД Германии в рамках программы Expanding Cooperation with Civil Society in the Eastern Partnership Countries and Russia.

Текст написан в рамках Программы стипендий на создание материалов в направлении журналистики решений, которая проводится общественной организацией “Интерньюз-Украина” при поддержке “Медийной программы в Украине”, финансируемой Агентством США по международному развитию (USAID) и выполняемой международной организацией Internews.


ПОСЛЕДНИЕ СТАТЬИ

ПОСЛЕДНИЕ ВИДЕО

Погода
Погода в Киеве
Погода в Донецке
Погода во Львове
Погода в Симферополе

влажность:

давл.:

ветер:

влажность:

давл.:

ветер:

влажность:

давл.:

ветер:

влажность:

давл.:

ветер: